?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Share Flag Next Entry
Местоимения для позиций восприятия (2) фокус внимания, самоосознания, рефлексии?
И
metanymous wrote in metapractice
http://community.livejournal.com/metapractice/114651.html

Рефлексия о Я
Вновь и вновь я вижу, что люди уверены: Я - это нечто вроде фокуса внимания, самоосознания, рефлексии. Вот тут как раз видно http://nature-wonder.livejournal.com/181647.html
Появление определенных эмоций и настроений или угасание различения характера звуков и образов, памятование телефонной книги или забвение этого списка - вот что такое Я. Считается, что эти элементы и составляют Я. Вспомнил телефоны - ближе к своему Я, забыл телефоны - дальше отошел.

На этот счет можно сказать массу чего. Философию какую вспомнить или психологию, или этнографию, или упражнения различных мистических школ. Но всё это - на любителя: кому та мистика не нравится, кому эта философия не с руки.

Так что - как всегда - и сказать-то нечего, кроме разве воспоминания об опыте. В самом деле, как это и сказано по ссылке, есть физиологические состояния, которые обнуляют стэк - пропадают привычки, знания, интересы. http://dpmmax.livejournal.com/56268.html http://dpmmax.livejournal.com/56445.html

Обнуление это - ширящееся забвение - может зайти довольно глубоко. И вот иногда человек из этого забвения возвращается. Из состояния, где уже нет прежних привычек, интересов, вкусов. Там есть сине-переливчатая шкура невообразимо большого какого-то зверя, поверхность синих чешуек, медленно дышащая, затемняющаяся в фиолетовый и иногда отблескивающая металлически-голубым, и узор этих чешуек интересней и важней, чем прочие впечатления. А потом можно постепенно вернуться - и пытаться отфильтровать. Нужны ли те привычки? надо ли вспоминать воспоминания? А тот характер - к нему в самом деле стоит возвращаться?

То, что почти с пустого места воссоздается из полувспомненных пустяков именно то Я, которое и было - более всего говорит: это речь не о Я. Я - то, что обеспечивает эту сборку сознания и внимания, которые сами по себе имеют отношение к я не более, чем одежда к телу. Напоминает местами, но совсем не является.
http://ivanov-petrov.livejournal.com/1455118.html




  • 1
Это рассказ нейрофизиолога о том, как в тридцать семь лет она перенесла инсульт, а потом девять лет восстанавливала свою физическую и интеллектуальную целостность. Очень интересно, поскольку Джилл выбрала из всех возможных жанров, которые можно было использовать, журнал ученого, проводящего невольный эксперимент на себе.

В левом полушарии ее мозга был поражен один из крупных сосудов, и быстро разрастающийся тромб начал отключать один центр за другим. Первым симптомом инсульта была сильная боль за ухом. Вторым, как это не странно, чувство удивительного слияния со всем миром, абсолютное спокойствие, переживание самоценности каждого момента. Нирвана. Джилл подчеркивает, что ей совершенно понятны физиологические причины этого состояния - обычно слегка угнетенное правое полушарие заняло доминирующую позицию, пока левое тонуло в крови, и переключило восприятие от линейности, связности и аналитичности левого полушария к непосредственному контакту со всем, что оказывается вокруг.

Затих постоянный внутренний диалог, и из мира исчезли слова, цифры и знаки - это тромб добрался до речевого центра. Каким-то образом она успела осознать, что переживает инсульт, и главной целью стала организация спасения, нужно было дозвониться до кого-нибудь, чтобы вызвать врача. Сохранить это намерение оказалось одной из самых сложных задач - правое полушарие живет настоящим, и удержать концепт планирования, причинно-следственных связей для него почти невозможно. Она добралась до телефона, но поняла, что не помнит ни одного номера и не различает цифр на клавиатуре. На визитных карточках оказалось невозможным отличить буквы, цифры и картинки от фона, все стало мешаниной абстрактных форм. Ей удалось набрать свой рабочий телефон, опираясь на ассоциации и на память о порядке движения пальцев по клавиатуре.

Джилл подробно описывает, как ее самоосознание теряло один интеллектуальный инструмент за другим. Ее "я" сохранялось, но исчезала способность писать, читать, говорить, различать цвета, видеть пространство в объеме, выстраивать последовательность действий, отделять звуки друг от друга. После операции и лечения все высшие функции начали постепенно восстанавливаться, и она следила уже за возвращением своих способностей - полных девять лет.

Это рассказ ученого, поэтому все предельно материалистично: поражен речевой центр - человек, полностью осознающий свое желание или намерение, не может облечь его в слова. Отключился другой центр - звуки смешались в один поток, и невозможно отделить человеческую речь от шума вентилятора, все становится одной волной. Подавлено левое полушарие - исчезло прошлое и будущее, расплылись границы тела, мир стал безоценочным и единым, as is. Вместе с тем появляется огромный соблазн представить себе человеческую личность как комплект самосознания и приданных ему интеллектуальных функций. Инсульт отбирал у Джилл одну способность за другой, но ее сознание, ее личность продолжала существовать.

Это одна из вариаций жестокого поиска человеческой сути - если отбирать одно за другим, то можно найти комбинацию основных "деталей", без которых не может гореть огонек сознания. Известно, что живут люди без памяти, и остаются людьми, хотя и несоциализированными и ограниченными в возможностях. Без логического мышления. Без эмоций. Без способности коммуницировать с людьми. Много-без-чего. Огромный и страшный вопрос, где же этот предел, отделяющий разумное существо от биоробота. Ведь, если Джилл оставалась человеком без речи, значит, может быть и не-человек с речью.


  • 1