?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Share Flag Next Entry
He can always tell the truth (21) Имитация «сознания», «разума» и «духовности»
brain
metanymous wrote in metapractice
http://metapractice.livejournal.com/528823.html

Этика, политика и челоботы
Так что здравствуйте, новые времена, когда нужно будет переписывать все книжки, рассказывающие о человеке-как-он был и менять все привычки поведения. Человек-каким-он-становится, т.е. уже не совсем человек, потребует новых книжек, новой этики, в кругу людей и ботов потребуется новая политика, и речь тут вовсе не идёт о "прогрессе" в плане появления более свободного общества. Не факт, что общество будет более свободным. Какие-нибудь боты-недотёпы вместе с недоразвитыми людьми вполне будут исповедовать (хотя и недолго) архаические формы политической философии, и вполне себе дикарские варианты этики. Но наряду с этими будут жить рядом и совсем другие симбиозы ботов и биологических людей, которых будут волновать постсовременные этика, мораль, право -- и в этих кругах можно будет дышать свободней (причём не только дышать, но и пить, есть, иметь доступ к электроэнергии и интернету/нейронету).
http://ailev.livejournal.com/1311100.html






  • 1

Императив Канта

Вот это очень хороший критерий. Он вполне конвенциональный. Наличие способности (и некоторая пороговая величина ГОТОВНОСТИ?) сделать "центром мира" другого человека. Или некое явление, объект.

Да, это отличный критерий. И у этого критерия есть ещё некоторый замечательный социальный интерфейс – это «моральный/ категорический императив Канта»:

Категори́ческий императи́в (от лат. imperativus  – повелительный) – понятие в учении И. Канта о морали, представляющее собой высший принцип нравственности. Понятие категорического императива было сформулировано И. Кантом в его труде «Основы метафизики нравственности» (1785) и подробно исследовано в «Критике практического разума» (1788).

По Канту, благодаря наличию воли человек может совершать поступки, исходя из принципов. Если человек устанавливает для себя принцип, зависящий от какого-либо объекта желания, то такой принцип не может стать моральным законом, поскольку достижение такого объекта всегда зависит от эмпирических условий. Понятие счастья, личного или общего, всегда зависит от условий опыта. Только безусловный принцип, т.е. не зависящий от всякого объекта желания, может иметь силу подлинного морального закона.[1]

Таким образом, моральный закон может состоять лишь в законодательной форме принципа:

«поступай так, чтобы максима твоей воли могла бы быть всеобщим законом».

Поскольку человек является субъектом возможной безусловно доброй воли, он есть высшая цель. Это позволяет представить высший принцип нравственности в другой формулировке [2]:

«поступай так, чтобы ты всегда относился к человечеству и в своем лице, и в лице всякого другого так же как к цели, и никогда не относился бы к нему только как к средству».



  • 1