?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Share Next Entry
Образование -обучение (7) «ɹvоƍɐvqноǝ ƍʎɓʎmǝǝ оƍdɐεоʚɐниʁ»
brain
metanymous wrote in metapractice
http://metapractice.livejournal.com/531643.html

Профессор Павел Лукша рассказал «Таким делам» о том, каким будет образование в середине XXI века и какие «навыки будущего» нам надо осваивать уже сейчас
https://takiedela.ru/2017/09/khoroshiy-chelovek-stanet-professiey/

Павел Лукша, руководитель международной инициативы «Глобальное будущее образования», профессор практики центра развития образования Школы управления «Сколково»:

Первый вопрос, который нужно себе задать: а зачем меняться образованию? И ответить на этот вопрос нельзя, если мы не спросим себя, в какой мир мы идем.

Мир «Опаньки!»

Представьте себе, как выглядел завод в XIX веке и как в XXI. Или транспортная система. Или банк. Мы увидим огромные различия. Единственное пространство, которое в XXI веке выглядит так же, как в XIX, это школа. Класс, где дети сидят перед учителем рядами и изучают предметы по программам, которые в основе своей тоже созданы в XIX веке. Очевидно, что эта модель устарела. Но как она должна меняться?

Павел ЛукшаФото: Сергей Фадеичев/ТАСС

Сейчас мы наблюдаем и предполагаем, что общее количество изменений в мире ближайшего будущего — технологических, политических, социальных — будет настолько велико, что понять, к чему нам готовить нынешних первоклассников, мы просто не можем. А значит, первое, что мы должны сказать себе: ребята, нам нужно готовить человека так, чтобы он максимально вариативно мог среагировать на вызовы в изменяющемся мире.

По-английски этот изменчивый непредсказуемый мир называется VUCA (volatility, uncertainty, complexity и ambiguity). А по-русски мы его называем «опаньки». Это не расшифровка аббревиатуры, а ее суть. В середине XXI века с людьми будет происходить непрерывное «опаньки». Так каким должен быть человек, чтобы справиться, например, с известием, что его сферы деятельности больше нет, что ее заменили роботы? Или что произошли такие политические изменения, что его страны больше не существует, это, кстати, случилось со всеми нами в начале 90-х, когда мы вдруг оказались в другой стране и вынуждены были стремительно приспосабливаться к изменившимся условиям. Ситуация «опаньки» применима к любому месту в мире. Нельзя сказать: «Я сейчас уеду в Канаду или Новую Зеландию, и там этого никогда не будет». Будет где угодно.



  • 1

«каким должен быть человек, чтобы справиться, например, с известием, что его сферы деятельности больше нет»

Кто в 90-х оказался наиболее приспособленным к изменениям? Люди, которые понимали, что могут надеяться только на себя. У них была хорошая физическая подготовка, эмоциональная устойчивость, напористость и готовность действовать. Часть из них стала бандитами, часть — предпринимателями. Если исключить бандитский трек, лучше всего к «опаньки» адаптируются люди с предпринимательскими качествами — способные в условиях неопределенности принимать решения, действовать, видеть возможности (а не только угрозы), все время развиваться, все время искать новое и т. д.

Соответственно, следующее поколение должно приобретать именно эти качества: способность реагировать на неопределенность положительным образом: «О, классно, что-то новое! А что мы с этим можем сделать?» Вообще, эта реакция характерна для маленьких детей, которые воспринимают мир в игровой исследовательской логике. А современная школа, скорее, разрушает творческое начало, чем его культивирует. Значит, нам нужно создать такие программы, такие пространства, в которых дети не будут терять посыл активно действовать, созидать, справляться с неопределенностью.

Дети в классе в городе Кин, округ Чешир, штат Нью-ГэмпширФото: Keene and Cheshire County (NH) Historical Photos/www.flickr.com

Проблема нынешней школы в том, что она создана под сложившуюся индустриальную модель общества XIX века. Тогда нужно было много работников, которые слушаются начальника, делают, что им сказано, не выходят за рамки должностных инструкций и по шаблону способны выполнять предписанные задачи. Желательно узкоспециализированные. А в мире неопределенности — это самое рискованное, что можно придумать. Школа воспитывает дисциплину, подчинение, отсутствие творческого начала, применение шаблонов. То есть напрямую противоречит тому, к чему мы движемся.

Учиться и разучиваться

Мы уже сейчас понимаем, что в новом, неопределенном мире мы будем жить долго. Человечество постоянно увеличивает продолжительность жизни. Ожидается, что к середине XXI века в развитых странах она превысит 100 лет. Даже если не случится радикальных технологических прорывов, связанных, например, с генной инженерией, когда научатся удалять ген старения и люди начнут жить фактически вечно. Или если медики победят возрастные дегенеративные заболевания нервной системы. В эту область разработок направляются огромные средства. А значит, весьма вероятно, что в ближайшие 10—20 лет найдутся решения и возраст в 120 лет будет новой нормой.


  • 1